Українська Русский English


INSHE — Конкурс без границ!
INSHE ART— Выставки
INSHE ART— Фестивали
INSHE ART— Мастер-классы
INSHE ART — НАШ ЖУРНАЛ
INSHE ART — ИНТЕРВЬЮ
"INSHE ZHITTIA" в Черниговской женской Исправительной Колонии строгого режима

Первым преступником в истории человечества была Ева (ивр. Хава — «дающая жизнь») — праматерь всех людей, первая женщина. Решение Судьи,а также последующий посмертный приговор она услышала первой: «возмездие за грех — смерть» (Рим. 6:23).



АПРЕЛЬ.
МБФ "INSHE ZHITTIA" сегодня в Черниговской женской исправительной колонии строгого режима № 44. Наш визит был запланирован, согласованы все детали, оговорено время визита и время пребывания… И как обычно это бывает, нас ждало «НО».
   Уже третий год "INSHE ZHITTIA"  работает с заключенными - ведется работа, есть результаты, измененные судьбы, посеяны семена надежды, написаны отчеты… Но знаем ли мы, что на самом деле происходит за стенами обтянутыми колючей проволокой? Нет!
   Нам «свободным» гражданам державы не дано понять что там.
   Наш визит был недолгим. Начался он с посещения Дома ребенка, находящегося на территории ИК.  Дом ребенка - это небольшая резервация, зона в зоне, обтянутая колючей проволокой, со своим КПП, со своим распорядком  на территории уже существующей
колонии строгого режима. Небольшой, ухоженный дворик. Первые подснежники. Двух этажное здание. 28 воспитанников рожденных в зоне, после ареста их мам, 11 из них якобы проживают вместе с мамочками. Первый три года своей жизни они проводят «за решеткой» или правильнее сказать за глухой стеной.
   Из 28 детей нам посчастливилось увидеть двоих и то через стекло дверей. Официальными версиями в отказе пообщаться с детьми, были карантин и тихий час. Мы не смогли «позволить себе» нарушить право ребенка на мирный сон - ограничились посещением актового зала с идеальным порядком, готового к празднованию праздника Пасхи. С предыдущего визита, за год  вид зала существенно не изменился, несмотря на то, что целый год в нем «резвились» маленькие дети. На доске в Детском доме фотографии детей, отбывающих свой срок вместе с мамами - «НАШІ ДІТИ – НАШЕ МАЙБУТНЄ». Страшно представить их будущее. Каким оно будет?
   «НО» настоящее ВАЖНО. Что мы знаем о нем? Они свободны внутри, их внутренний детский мир не знает ограничений, каждый незнакомец для них инопланетянин, они готовы к приключениям. Не их выбор от рождения до окончания «материнского» срока, 3 года «счастливого» детства, отсидеть за колючей проволокой на зоне строгого режима. «НО» - не родившись, они осуждены, а родившись – они заложники системы, рычаг управления «мамашками».
   Единственные детские глаза, которые нам удалось увидеть, наполнены надеждой, ожиданием, предвкушением, что же «новое лицо» может привнести в их ограниченную пространством жизнь. Они пытливы, искренне полны интереса смешанного со страхом. «НО» - нам не дано.
   Большое «НО» - время не ждет, сопровождение тоже… Мы перемещаемся в библиотеку. Нас ждали. Целый час, «НО» не дождавшись, разошлись – осталась «выносливая тройка».
  Презентация Программы Фонда «
ACTUS EGO», приглашение к участию в IV Международном «Конкурсе без границ!», информация о предоставлении юридической и психологической помощи освободившимся, а также презентация июньского номера Журнала «INSHE» – Библиотека Добра – «Ты не один!» были представлены ТРОИМ женщинам из 760.
   Сюрприз и большое «НО» … при выходите из здания на намытом островке песка на асфальте, начертан ВОПРОС - «СДЕСЬ ЕСТЬ?»
   ИНШЕ ЖИТТЯ? ДРУГАЯ ЖИЗНЬ? «СДЕСЬ ЕСТЬ?» ЕСТЬ? Какая она у каждого из нас? И есть ли? И где больше свободы? Важно, что есть СВОБОДА? Свобода - без сопровождения передвигаться по улицам города, ложиться спать тогда, когда хочется или свобода - это принимать решения, где и как работать… В чем она? Свободны ли мы по эту сторону стены с колючей проволокой? Свободны ли мы в принятии решений?
   Свободны ли мы в принятии решения, сотрудничать с заключенными, проводить для них Благотворительные Программы? Или зона нашей свободы лишь несколько шире территориально?
  Пользуемся ли мы «преимуществами» нашей свободы находясь «на воле»? Или мы схожи с заключенными в своем собственном ритме жизни: проснулся – завтрак – на работу- обед – с работы – ужин - отдых – сон. Телефонные разговоры, встречи с близкими и друзьями. «Улица, фонарь, аптека», выезд в больницу, суета сует… Не поэтому ли у ВСЕХ женщин, отбывающих наказание в 44 колонии, как минимум второй срок.
 Находясь в местах лишения «свободы» их жизнь становится еще более системной, предсказуемой и упорядоченной. Тот же ритм, ТОЛЬКО: есть еда, есть где жить, спать, ВСЕГДА есть мизерно, «НО» оплачиваемая работа. «НО» - они не нужны: своим родным, близких у них уже нет, после нескольких лет пребывания в тюрьме, никого и ничего НЕТ. Их уже никто не навещает, не звонит и не шлет «передачки». Мысль о том, что скоро закончится срок, приводит в ужас. Что там? ДРУГАЯ ЖИЗНЬ? ИНШЕ ЖИТТЯ?  
   «НО»! Есть ли возможность начать новую жизнь? Воспользуются ли они ею? Позволим ли мы, свободные граждане, стать, им, оступившимся и понесшим наказание, полноправными членами нашего общества?

Когда мы свободны в своем выборе, мы схожи с богами. Делать выбор – это наш дар и наша кара. Начертанный на асфальте вопрос
в Черниговской женской исправительной колонии строгого режима  «СДЕСЬ ЕСТЬ?» остается открытым.

Нижайший поклон и искренняя благодарность всем оказавшим помощь и поддержку нашему Фонду. Благодаря Вам "осужденным" переданы: Библиотека Добра, журнал «INSHE». Памперсы, детская обувь,книги, кондитерские издения, сладости, средства личной гигиены.  Коллектив МБФ "INSHE ZHITTIA", Президент Фонда Балашова Елена Владимировна.










































МАРТ. Команда МБФ "INSHE ZHITTIA", в женской Исправительной Колонии, впервые. Для женщин и малышей, отбывающих наказание в Черниговской колонии мы везли самое необходимое: теплые вещи и обувь, тапочки, носки, детские колготы, памперсы, игрушки, средства личной гигиены, продукты питания, сладкие подарки и конечно же книги. Женская исправительная колония строгого режима № 44 расположена в черте города Чернигова на ул. Промышленной, 38. В колонии отбывают наказание 760 женщин, от 18-и до 80-и лет и старше. В колонии нет женщин, попавших в нее случайно: за хрупкими плечами преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, преступления против собственности — кражи, грабежи, нанесение тяжких телесных повреждений и убийства.
   Многие женщины в этой колонии отбывают свое наказание в третий, четвертый, пятый … девятый раз. Каждая двадцатьпятая женщина осужденная за совершение уголовного преступления, является носителем смертельно опасного вируса иммунодефицита человека. Но это – лишь среднестатистические данные. На самом деле за каждой женщиной – судьба.
   Год, два, три… десять, … пятнадцать лет – одни и те же лица (сокамерники), один и тот же распорядок жизни, психологический дискомфорт, редкие свидания с родными и близкими людьми… Такова плата женщин, за то, что они либо осознанно, либо в силу каких-то жизненных обстоятельств совершили свое преступление.
   Вину свою женщины искупают в прямом смысле: трудятся в колонии абсолютно все. Осужденные женщины работают в швейных цехах, шьют постельное белье, форменную одежду, спецодежду, комбинезоны, халаты, костюмы для медиков, бушлаты, спортивные костюмы, куртки, подушки, матрасы. Три четверти заработанных денег как правило уходит на погашение исков пострадавшим от преступления, на алименты детям, и на собственное содержание. Зарплата осужденных составляет 600 гривен при выполнении установленной администрацией колонии, нормы. Работают осужденные женщины в три смены. (на фото женщины отработавшие в 3 смену, отдыхают после трудовой ночи) Часть заработанных денег идет в доход государству, часть — на погашение исков и алиментов. Остальные заработанные деньги зачисляются на лицевые счета. Потратить оставшиеся деньги можно прямо на территории колонии в продуктовом магазине, в котором можно купить все необходимое, есть и вафельные коржи и сгущёнка, из которых женщины готовят именинные торты. 
   Живётся женщинам в колонии не так уж плохо, если учитывать, что многие из них в прошлой своей жизни никогда даже на чистых простынях не спали и школьные учебники впервые увидели только за решёткой. Многие осуждённые заниматься в колонии творчеством – именно здесь проявляются скрытые ранее способности. Женщины вышивают, вяжут, рисуют, поют, сочиняют стихи. Молитвенную комнату оформили сами, да и в других помещениях по домашнему уютно. Женщины везде остаются женщинами.
   Одной неизбежной проблемой женской зоны являются:дети. Узницам колонии запрещено иметь какие-либо интимные контакты «без цензуры». «Это» позволительно лишь на редких свиданиях, да и то не всем. Но барышни все равно умудряются «забеременеть», дать жизнь маленьким «узникам», родившимся за колючей проволокой. Женщины беременеют, находясь в исправительном учреждении, во время длительных свиданий со своими мужьями. И все это ради того, чтобы получить определенные послабления в условиях содержания в колонии. Беременным женщинам и кормящим матерям полагается усиленное питание и более мягкий режим с более длительным сном, в лучших условиях проживания (бараки) и прочими немногочисленными прелестями невольной жизни. Из-за матерей-преступниц дети рождаются и растут за решёткой.
   Детки в казенной клетке – они не виноваты, в том что их мамы совершили преступления. Рождаются, живут, не зная, что их ждет впереди, но в большинстве случаев их судьба, увы уже, предрешены судьбой. В доме ребёнка, для малышей созданы все нормальные условия для проживания. Сама территория и здание, где находятся малыши, похожи на образцовый детский садик (если конечно не оглядываться по сторонам). Уютные жилые комнаты, игровые залы, бытовые комнаты. Черниговская колония стала первой в Украине, где реализован проект, направленный на организацию совместного проживания матери и ребенка в местах лишения свободы. Средства на реконструкцию и обустройство 11-ти комнат с индивидуальными санузлами, в которых осужденные матери будут жить вместе со своими детьми выделил Международный благотворительный фонд «Швейцарское бюро сотрудничества в Украине».
   Мамашам и беременным в зоне живется неплохо. Во-первых, у них хорошее питание. Во-вторых, кормящих матерей не наказывают за нарушение режима. В-третьих, они имеют право выполнять лишь 50% положенной работы. Большинству из них даже повезло, что их малыш находится в доме малютки, где он, словно в коконе, защищен от многих невзгод. Еще неизвестно, ел бы он на воле хотя бы раз в день. Не говоря уже о постоянном присмотре врачей и педагогов. Для малышей за решеткой действительно созданы все условия: чистая постель, вкусная еда, площадка для прогулок, добрые воспитатели, несколько раз в сутки приходит мама, чтоб покормить и поиграть. Но у детей никакой социализации из-за полной изоляции - они совершенно не знают жизни. На данный момент в лагерном детском доме находяться 31 ребенок. 11 малышей возрастом до 1 года и 20 малышей от 1 года до 3-х лет. До 3-х лет из больших окон им виден только большой забор с колючей проволокой. В три года малышей из колонии, могут забрать родственники осужденных, но чаще всего они отправляются в детдома, а матери продолжают досиживать. По статистике, каждый второй ребенок оказывается брошенным, едва его мама выходит на свободу. Фотографировать ребят нам не разрешили. Сопровождавшая нас начальница детского дома все время повторяла: на воле не везде такие условия увидишь, у детей есть все, для полного счастья, нужен только холодильник, и это правда. Как правда и то, что лучше бы все это было на воле.
   Все спальные помещения в бараках исправительной колонии – похожи на армейские казармы. Те же двухъярусные кровати. Те же тумбочки и табуреты. Отличия, есть. К примеру, вместо темно-синих одеял, которыми заправлены солдатские постели, здешние покрывала сверкают белизной, отчего помещение чем-то напоминает лазарет. В спальных помещениях цветы, здесь нет духа казармы, но казарменный уклад виден во всем. На каждой кровати – бирка с фамилией осужденной.
   Немногие преступницы рассказывают о причинах своего появления в колонии, очень многие утверждают, что произошло это по причине игнорирования родителей, желания поскорее повзрослеть и принимать решения самой. Из рассказов осужденных...
   "После освобождения подруги, получилось так, что мне пришлось занять ее должность, я старшая клуба, мне 34 года, не замужем, 3 ходка, на воле найти свое место не смогла, нужны были деньги, вернулась в старый свой обычный круг, сейчас опять сижу за распространение наркотиков."
   Библиотекарь - 37 лет, 3 ходка, распространение наркотиков. -"Знаю виновна, я наркоманка, на свидании передала мужу в зону наркотики, скоро на волю, что буду делать не знаю. На воле сейчас и нормальные люди на работу устроиться не могут..."
   Кладовщица - 20 лет, 2-ая ходка, угон автомашины. - "На свободе после первой отсидки за угон, работу найти не смогла, жить было негде. Угнала автомобиль, чтобы опять сесть, весной заканчивается срок, что буду делать не знаю".
   Осужденная за кражу 76 летняя цыганка. Позади 5 лет зоны.- "Знаю на нашей зоне есть женщины старше меня, но последнее время я, думаю только об одном, дожить бы до освобождения".
   Осужденная Наталья - 41 год, шестая ходка, наркоманка, 12 лет ВИЧ. Рассказывая о себе Наталья прячет опухшие от наркотиков, красные руки. В свои 41 она жена (муж, тоже сидит, они подельники), мать и бабушка. И сегодня она точно знает, что возвращаются в колонию женщины только, потому что на свободе невозможно адаптироваться, просто нереально, в колонии подготавливают к одному, а на воле все сталкиваются совсем с другим. И многие не хотят на свободу и стараются либо путем нарушений отбыть «до звонка», либо очень скоро возвращаются с новыми сроками. Свободы все до одной женщины в нашей Черниговской Исправительной Колонии боятся.
   Каждая заключенная, выходя на свободу, надеется, что видит ее в последний раз. Но жизнь за пределами колонии подчас оказывается сложнее, чем представления о ней. Груз свободы давит слишком сильно, и долгая дорога снова приводит в казенный дом.



      







































Нам не удалось сфотографировать все то, что хотелось.
Представители администрации колонии строго следили и пресекали все наши попытки снять увиденное. Но весь ужас колонии, тюрьмы, зоны находится внутри осужденных женщин. Фотокамерой туда заглянуть просто невозможно. 

ИЗ ЖИЗНИ ОСУЖДЕННЫХ.... ФОТО БЕЗ СЛОВ...